|
хий шорох - вы выдали стопроцентный результат! - Какой? - слабо полюбопытствовал Кубатай. - Стопроцентный! Я хотел сказать, что каждый мир одновременно и реален, и придуман. Значит, в какой-то мере вы... Кубатай разразился веселым смехом. - Холмс! Имейте чувство меры! Я, конечно, отношусь к вам, гражданам Вымышленных миров, как к равным... но нельзя же утриро- вать! В вас говорят комплексы, Холмс! Вы переживаете, что оказа- лись творением чужой мысли - вот и пытаетесь нас уверить в том же! - Что ж, - подумав согласился Холмс. - Возможно, вы и правы. Здесь я необъективен, и дедукция может меня подводить. Через несколько минут, когда появились мрачный Смолянин и яв- но повеселевший пингвин, мы уже пришли в себя. Жалко было, что книга не предскажет нам будущее, но мы были готовы к любым опас- ностям. - В путь! - воскликнул неунывающий генерал, и мы втиснулись в шкаф. Несмотря на внушительные габариты Кащея-пингвина, без Ивана это было проще... бедный, бедный негр! Я представил, как он скита- ется по странному, населенному гномами и чародеями миру, и из глаз моих прыснули слезы. Наверное, я и впрямь излишне сентиментален... Негра пожалел. - Выходим, - извлекая из ножен саблю, сказал Кубатай. И смело шагнул из шкафа. Раздался долгий удивленный вопль, и верный Смолянин прыгнул вслед за генералом. Иного пути не было, и, доставая свой верный револьвер, я последовал за ними... Падение было долгим, но многочисленные ветки хорошо тормозили полет. Секунд двадцать я лежал, слыша покряхтывание Кубатая и оханье Смолянина. Затем дружеский голос вывел меня из оцепенения: - Да вы с дубу рухнули, Ватсон! - А вы, Холмс? - приоткрыв глаза спросил я. - А я осторожно слез. Смолянин, распростертый в груде желудей, поднялся, потер лоб, извлек из кармана порванной юбки бинтик и аккуратно замотал голо- ву. Пингвин, из которого после падения лез пух, как из порванной перины, что-то тихонько пробурчал себе под нос. Кубатай оказался самым неприхотливым. Он отряхнулся, сметая с плеч дубовые веточки, и зорко поглядел вверх. - 82 - - Почему это выход из шкафа оказался на дереве? - полюбопытс- твовал он. На этот вопрос не нашлось ответа даже у Холмса. Я тоже привел себя в порядок и огляделся. Мы находились не в лесу, как я поначалу подумал, а в большом городском парке. Меж деревьев петляли дорожки из странного черного материала, кое-где виднелись железные столбы с белыми шарами фона- рей - явно электрических! Сердце у меня забилось чаще. Издалека слышался веселый детский смех. Сквозь деревья светило солнце.
|